D D6 G A7 A D Все кончилось так - он долго смотрел в окно, D6 G A7 A6 D Потом подошел к стене и надел пальто, D6 G A7 D И вышел туда, где и снег и ночь, D6 G A7 Bm И сел в трамвай - уехать прочь, G G6 A6 D Туда где есть десять прекрасных дам. D D6 G A7 A D Хозяйка, зевнув, ему подала ладонь, D6 G A7 A6 D Сказала: "Еще когда-нибудь зайдите на наш огонь". D6 G A7 D А гости сидели за столом, D6 G A7 Bm И чинно сосали чай с дерьмом, G G6 A6 D И пили за здоровье прекрасных дам. D D6 G A7 A D И он вышел прочь, куда - он не знал и сам, D6 G A7 A6 D Набрав семь цифр, он мерз подпевая гудкам, D6 G A7 D Но трубок никто не поднимал. D6 G A7 Bm Он был один и мир был мал, G G6 A6 D Но все же скрыл десять прекрасных дам. G A7 Bm А дома его ждал застоявшийся дым G A F#m7 A G И десять листов, верных его стихам. G A7 Bm И - верь не верь - но десять прекраснейших дам G A F#m7 A G6 Ждали звонка в свою дверь, его звонка. G A6 D Десять прекрасных дам. G A7 Bm Я кончил писать и тоже встал у окна G A F#m7 A G Туда, где видна стена и еще раз стена, G A7 Bm И долго стоял, и синий дым ел мне глаза, но я был с ним, G A F#m7 A G6 И пил до дна здоровье десяти прекрасных, G A6 D Десяти прекрасных дам.
D Em G7 A D Все кончилось так: он долго смотрел в окно, Em G7 A D Потом подошел к стене и надел пальто. G7 A D И вышел туда, где снег и ночь, G A Bm И сел в трамвай - уехать прочь, A G Туда, где есть A D Десять прекрасных дам. Хозяйка, зевнув, ему подала ладонь, Сказала: "Еще когда-нибудь зайдите на наш огонь". А гости сидели за столом И чинно сосали чай с дерьмом, И пили за здоровье прекрасных дам. И он вышел прочь - куда, он не знал и сам. Набрав семь цифр, он мерз, подпевая гудкам. Но трубок никто не поднимал, Он был один, и мир был мал, Но все же скрыл Десять прекрасных дам. G7 A D Bm А дома его ждал застоявшийся дым, G7 A D Bm G7 И десять листов, верных его стихам. G7 A D Bm И верь не верь, но десять прекраснейших дам G7 A D Bm G7 Ждали звонка в свою дверь, его звонка; A D Десять прекрасных дам. Я кончил писать, и тоже встал у окна, Туда, где видна стена и еще раз стена. И долго стоял, и синий дым Ел мне глаза, но я был с ним И пил до дна здоровье десяти прекрасных, Десяти прекрасных дам.